По алфавиту:
АБРАМОВ Александр Константинович
АБХАЗОВ Иван Николаевич
АВИНОВ Сергей Александрович
АДЛЕРБЕРГ Александр Владимирович
АДЛЕРБЕРГ Владимир Федорович
АЙГУСТОВ Савва Васильевич
АЛЕКСАНДР ГЕССЕНСКИЙ-ПРИРЕЙНСКИЙ
АЛЛАРТ (АЛАРТ) Людвиг - Николай фон
АНГАЛЬТ Бернбургский Виктор-Амадей
АПРАКСИН Петр Матвеевич
АПРАКСИН Степан Степанович
АПРАКСИН Степан Федорович
АРМФЕЛЬД Густав Мориц
АРСЕНЬЕВ Михаил Михайлович
АРХАРОВ Николай Петрович
БАГГОВУТ Карл Федорович
БАГРАТИОН Петр Иванович
БАРКЛАЙ-ДЕ-ТОЛЛИ Михаил Богданович
БАУР (БОУР) Родион Христианович
БАУР Фридрих Вильгельм (ФЕДОР ВИЛЛИМОВИЧ)
БЕРГ Густав Густавович
БОРОЗДИН Корнилий Богданович
БРЕДАЛЬ Петр Петрович
БРИНЬИ Петр (Пьер)
БРОУН Юрий Юрьевич
БРУСИЛОВ Алексей Алексеевич
БРЮС Роман Вилимович
БРЮС Яков Вилимович
БУРНАШЕВ Степан Данилович
БУТУРЛИН Александр Борисович
БУТУРЛИН Иван Иванович
ВЕЙСМАН фон Вейсенштейн Отто Иванович
ВЛАСТОВ Егор Иванович
ВОЙНОВИЧ Марко Иванович
ВОЛКОНСКИЙ Николай Сергеевич
ВОРОНЦОВ Михаил Семенович
ВОРОНЦОВ Семен Романович
ГАННИБАЛ Иван Абрамович
ГЕРБЕЛЬ Родион (Рудольф) Николаевич
ГЕРМАН Иван Иванович
ГОЛИЦЫН Александр Михайлович
ГОЛИЦЫН Михаил Михайлович
ГОЛИЦЫН Михаил Михайлович (Младший)
ГОЛОВАТЫЙ Антон Андреевич
ГОЛОВИН Автоном Михайлович
ГОЛОВИН Иван Михайлович
ГОРЧАКОВ Андрей Иванович
ГРЕЙГ Самуил Карлович (СЭМЮЭЛЬ)
ГУРКО Иосиф Владимирович
ДИБИЧ Забалканский Иван Иванович
ДОЛГОРУКОВ Василий Владимирович
ДОЛГОРУКОВ-КРЫМСКИЙ Василий Михайлович
ДОХТУРОВ Дмитрий Сергеевич
ДРАГОМИРОВ Михаил Иванович
ДУКА Илья Михайлович
ДУХОНИН Николай Николаевич
ЕРМОЛОВ Алексей Петрович
ЕФРЕМОВ Даниил Ефремович
ЕФРЕМОВ Иван Ефремович
ЗАГРЯЖСКИЙ Артемий Григорьевич
ЗУБОВ Валериан Александрович
ИМАМ ШАМИЛЬ
КАЛЕДИН Алексей Максимович
КАПЦЕВИЧ Петр Михайлович
КАХОВСКИЙ Михаил Васильевич
КАШКИН Петр Гаврилович
КЕЙТ Яков Вилимович
КЛАУЗЕВИЦ Карл фон
КОНОВНИЦЫН Петр Петрович
КОРНИЛОВ Лавр Георгиевич
КОРФ Федор Карлович
КРЕЙЦ Киприан Антонович
КРЕТОВ Николай Васильевич
КУДАШЕВ Николай Данилович
КУЛЬНЕВ Яков Петрович
КУТАЙСОВ Александр Иванович
КУТУЗОВ Михаил Илларионович
ЛАМБЕРТ Карл Осипович
ЛАНЖЕРОН Александр Федорович
ЛАССИ Петр Петрович
ЛЕВАШОВ Василий Васильевич
ЛИХАЧЕВ Петр Гаврилович
МЕНШИКОВ Александр Данилович
МИЛОРАДОВИЧ Михаил Андреевич
МИНИХ Христофор Антонович
НАХИМОВ Павел Степанович
НЕВЕРОВСКИЙ Дмитрий Петрович
НЕКЛЮДОВ Леонтий Яковлевич
НИКИТИН Алексей Петрович
ОДОЕВСКИЙ Иван Сергеевич
ОЖАРОВСКИЙ Адам Петрович
ОЛСУФЬЕВ Захар Дмитриевич
ОРЛОВ Алексей Григорьевич
ОРЛОВ Василий Петрович
ОРЛОВ Федор Григорьевич
ОРЛОВ-ДЕНИСОВ Василий Васильевич
ОСТЕРМАН-ТОЛСТОЙ Александр Иванович
ПАНАЙОТА Алексиано
ПАНИН Петр Иванович
ПАСКЕВИЧ Иван Федорович
ПЕТР I
ПЛАТОВ Матвей Иванович
ПЛЕМЯННИКОВ Петр Григорьевич
ПОВАЛИШИН Илларион Афанасьевич
ПОТЕМКИН Григорий Александрович
ПРОТАСОВ Алексей Андрианович
РАЕВСКИЙ Николай Николаевич
РУМЯНЦЕВ-ЗАДУНАЙСКИЙ Петр Александрович
САЛТЫКОВ Петр Семенович
СИВЕРС Карл Карлович
СКОБЕЛЕВ Михаил Дмитриевич
СТОЛЕТОВ Николай Григорьевич
СТРОГАНОВ Павел Александрович
СУВОРОВ Александр Васильевич
ТОРМАСОВ Александр Петрович
ТОТЛЕБЕН Эдуард Иванович
ТРОЩИНСКИЙ Иван Ефимович
УВАРОВ Федор Петрович
УШАКОВ Федор Федорович
ЦВEЛEНЕВ Александр Иванович
ЧЕПЕГА-КУЛИШ Захарий Алексеевич
ЧЕРНЫШЕВ Александр Иванович
ЧОГЛОКОВ Павел Николаевич
ЩЕРБАТОВ Алексей Григорьевич
ЭММАНУЭЛЬ Георгий Арсеньевич
ЮДЕНИЧ Николай Николаевич
Новое и Новейшее время » Российская империя » ВОРОНЦОВ Семен Романович

ВОРОНЦОВ Семен Романович

(1744 г. - 1832 г.)
ВОРОНЦОВ Семен Романович
Участие в войнах: Русско-турецкая война (1768—1774).
Участие в сражениях: Битва при Ларге. Битва при Кагуле

(Semyon Vorontsov) участник русско-турецкой войны (1768—1774), генерал от инфантерии (1797), дипломат

Семен Романович Воронцов был племянником канцлера российского императора Петра III Романа Воронцова, а также братом фаворитки императрицы. Родился в 1744 году. В шестнадцать лет окончил Пажеский корпус и был зачислен поручиком в лейб-гвардии Преображенский полк.

Он прибыл к Румянцеву в чине премьер-майора. Командующий направил Воронцова к егерям. Здесь были собраны лучшие из лучших, и Воронцову было доверено возглавить их. Егерский батальон Воронцова входил в авангард корпуса генерала Баура.

Самыми значительными в русско-турецкой войне (1768—1774) были победы русской армии при Ларге и Кагуле, — прежде всего они потрясли Османскую Порту и всю Европу, раз и навсегда утвердив мощь русского оружия в землях блистательного султана. Именно в этих сражениях и отличились более всего егерские роты Воронцова.

За Ларгу — уже подполковник 3-го гренадерского полка, в состав которого входили его егеря, в дальнейшем переименованного в гренадерский Екатеринославский, — Семен Воронцов награждается орденом Св. Георгия 4-й степени под номером «12» — «за оказанную храбрость при овладении неприятельских ретраншемента и батарей».

Через две недели был Кагул...

В пятом часу 21 июля 1770 года, под мерный грохот полковых барабанов, русские каре начали подступ к турецкому лагерю.

Согласно диспозиции главнокомандующего генерал-аншефа Румянцева, русская армия наступала четырьмя группами. Авангард генерал-квартирмейстера Баура (4 тысячи штыков) атаковал турок в охват левого флага их укреплений; дивизия генерал-поручика Племянникова (4,5 тысячи) должна была атаковать левый фланг турецкой позиции с фронта, в лоб; дивизия генерал-аншефа Олица (7,5 тысячи солдат) совместно с дивизией Племянникова также атаковала левый фланг турок; дивизия генерал-поручика Брюса (3 тысячи человек) и авангард генерал-поручика Репнина (5 тысяч пехоты) шли на правый фланг противника. Главные силы конницы (до 3,5 тысячи сабель) генерал-поручика Салтыкова двигались между дивизиями Олица и Брюса.

Последовавший бой потребовал от каждого предельного напряжения сил. Корпус Баура штурмовал боковые укрепления. После четверти часа ураганного артиллерийского огня главнокомандующий турецкой армией великий визирь Халильбей, под началом которого в этом сражении находилась 150-тысячная армия, бросил и против этого корпуса, как прежде против Олица, Репнина и Брюса, спагов — свою отборную конницу. Издавна турки лучше всего владели белым (холодным) оружием. Вот и теперь, когда они с криками и рвущим душу визгом на рысях пошли на сшибку, казалось, что их удар будет страшен. Но этого не произошло — русская армия уже научилась обходиться с османскими конными лавами. Ружейный и орудийный огонь охладил наступательный запал спагов — их отогнали. Тогда они ударили русским в тыл, надеясь хоть этим задержать их наступление. Но Баур, оставив арьергард, лишь убыстрил движение своего каре. На подступах к укрепленной высоте русским преградили дорогу янычары, с которыми завязалась жаркая рукопашная, постепенно перемещавшаяся в глубь турецкой обороны.

Русские военачальники знали, что, как правило, османов хватает лишь на самый малый наступательный порыв, а долгое напряжение боя они не выдерживают. Вот и теперь: янычары стали все чаще оглядываться назад и наконец побежали. Укрепление пало, но отдыхать было еще рано.

Воронцов быстро понял суть — удар с фланга в центральный ретраншемент был действительно необходим, ибо события в середине наступающих русских порядков менялись стремительно.

Удар пришелся в угол правого фаса и фронта. Здесь были полки Астраханский и первый Московский. Едва передний ряд астраханцев успел выстрелить, как тут же был смят янычарами, ятаганами — ружей те в атаку даже не взяли — прокладывавшими себе дорогу внутрь каре. Турок было вдвое больше, чем солдат у Племянникова, и сейчас в рукопашном бою это фатально сказывалось: в несколько минут два угловых полка были смяты и расстроены. За ними та же судьба постигла Муромский, 4-й гренадерский и Бутырский полки. Строя больше не было. Каре оказалось разорванным пополам. В руках янычар уже два полковых знамени, которые они срочно отправили к себе в лагерь, зарядные ящики. Русских быстро теснили к войскам Олица, наступавшего чуть-чуть сзади и немного левее Племянникова, и янычары сквозь разорванные ряды передового русского каре уже промчались перед фронтом главного отряда Румянцева, начиная с ним пока отдельные стычки.

Турки вывели на прорыв достаточно сил, но немало их оставалось еще и в ретраншементе. Поэтому они достаточно спокойно восприняли появление на фланге их укрепления небольшого отряда русских — батальона егерей. Разгоряченные общим успехом, они собирались также по-молодецки расправиться и с этой жалкой кучкой гяуров. Но Воронцов, зная свои силы и увидев, что происходит перед турецким ретраншементом, решил действовать пока иначе. Расположив своих егерей рассыпным строем, он приказал открыть плотный ружейный огонь по янычарам, чтобы они не могли и поднять головы, одновременно выбивая защитников укрепления и прикидывая, откуда его лучше штурмовать.

В решающем же месте боя — у каре Племянникова — обстановка все обострялась. Наступала та минута сражения, когда особенно значимо усилие каждого на весах общего успеха. Еще один натиск турецкой пехоты — и тогда гибель русской армии станет неизбежной. Оторванная от баз, имея в своем тылу 80-тысяч-ную конницу крымского хана, она вся поляжет здесь, вся без остатка.

Военачальники главного каре — каре Олица — во главе с Румянцевым несколько мгновений как зачарованные смотрели на появившуюся перед их фронтом яростную толпу янычар во главе со своими знаменосцами. Но вот, наконец, и голос командующего, успевшего и сумевшего за несколько кровавых секунд принять единственное, ведущее к победе и спасению, решение:

— Отсечь турок от лагеря картечью! Лишить их подкреплений!

Начальник артиллерии генерал-майор Мелиссино бросился выполнять приказ.

— Салтыкову ударить во фланги и тыл!

И нарочные тотчас отправились к командиру русской конницы.

Вскочив на коня, он бросился к полкам дивизии Племянникова, отступающим в расстройстве:

— Стой, ребята!

Громкий знакомый голос заставил остановиться ближайших к нему. На них натыкались другие, и скоро вокруг Румянцева оказалось достаточно людей, вновь вспомнивших о своем солдатском долге, для того чтобы заново начать отбиваться от янычар уже грудь в грудь. Бой принял новое ожесточение, ибо турки, поняв, кто этот генерал, столь быстро вернувший своих солдат для боя, отчаянно рвались к нему. Отбиваясь от наседавших на него янычар, командующий продолжал руководить:

— Солдаты! Разбирайтесь по ротам! Становись в каре! Слышите? Наши уже рядом!

Помогали отбиться от турок и егеря: ведя плотный ружейный огонь, они раз за разом сметали с флангового фаса ретраншемента всех тех, кто пытался отбить их медленный, но неуклонный наплыв на укрепление. И вот уже почти никто из турок не рисковал высунуть головы из-за бруствера, а егеря тем временем приблизились почти вплотную к валу. Крики неприятеля, переходившие временами в захлебывающийся вой, крики, доносившиеся со стороны схватки с каре Племянникова, лучше всякого сигнала сказали Воронцову — «Пора!» — и он повел батальон на штурм укрепления, доверившись штыку.

Как раз в этот момент 1-й гренадерский полк под командованием бригадира Озерова, отделившись от главного каре, в штыковой атаке опрокинул турецкую пехоту и пробился к Румянцеву. Пять минут гренадеры сдерживали янычар, с визгом и возгласами «Алла!» рвавшихся для последнего удара по разгромленному каре Племянникова. За эти пять минут, подчиняясь магии голоса и личного примера командующего, раздробленные, растерзанные полки заново построились и приготовились к контратаке.

Снова раздался призыв Румянцева:

— Солдаты! Товарищи! Вы видите, что ядра и пули не решили дела. Не стреляйте более из ружей, но с храбростью примите неприятеля в штыки!

С этими словами он подобрал с земли одно из многочисленных валявшихся там ружей:

— Вперед! — и стальной еж каре со штыками-иголками быстро покатился на начинающих терять запал янычар. Тяжелая русская конница, на рысях пришедшая к месту сражения, ударила по туркам с тыла. Те побежали. Не отставая, пехота на плечах отступающих ворвалась в укрепление, где его защитников уже добивали егеря Воронцова. Многие из тех, кто еще пять минут тому назад торжествовал победу над гяурами, так и не узнали, что в эти мгновения они были обречены, поскольку у них в тылу уже были русские снайперы.

По взятии этого укрепления османы почти и не сопротивлялись — началось повальное бегство. Турок долго и успешно преследовал кавалерийский отряд генерала Игельстрома. Уже у Дуная, когда неприятель, переполняя лодки, массами тонул, к реке вышел подоспевший в последнюю минуту корпус Баура, с ходу открывший ружейный и артиллерийский огонь. Егеря, как всегда, и на этот раз стреляли метко.

В этом бою именно роты Воронцова, взяв на штыки турецкое укрепление, отбили 40 орудий и два знамени, захваченные янычарами в ходе атаки на корпус Племянникова.

В ознаменование ратных заслуг Воронцов семнадцатым во всей русской армии получил орден Св. Георгия 3-й степени. Вскоре он был произведен в полковники и назначен командиром 1-го гренадерского (лейб-гренадерского) полка, которым командовал до своего выхода в отставку в 1776 году.

В 1788 году он поступил на дипломатическую службу и долгие годы был чрезвычайным российским послом в Лондоне.

В 1806 году он окончательно расстался с государственной службой и вел частную жизнь. Умер на восемьдесят восьмом году жизни, пережив многое и многих.

Биография

Комментарии

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 

Senator_Carthage



Великие битвы О проекте Контакты Все полководцы мира