По алфавиту:
АДАШЕВ Даниил Федорович
АЛЕКСАНДР НЕВСКИЙ
БАРЯТИНСКИЕ
БАСЕНОК Федор
БАСМАНОВ Алексей Данилович
БАСМАНОВ Петр Федорович
БОБРОК-ВОЛЫНСКИЙ Дмитрий Михайлович
БОГОЛЮБСКИЙ Андрей
БУТУРЛИН Иван Михайлович
ВАСИЛЬКО КОНСТАНТИНОВИЧ Ростовский
ВАСИЛЬКО РОМАНОВИЧ
ВЛАДИМИР I СВЯТОСЛАВОВИЧ СВЯТОЙ
ВЛАДИМИР АНДРЕЕВИЧ Храбрый
ВЛАДИМИР ГЛЕБОВИЧ Переяславский
ВОЕЙКОВ Андрей Матвеевич
ВОЙТИШИЧ Иван
ВОРОТЫНСКИЕ
ВОРОТЫНСКИЙ Михаил Иванович
ВСЕВОЛОД ЮРЬЕВИЧ БОЛЬШОЕ ГНЕЗДО
ВСЕВОЛОД ЮРЬЕВИЧ Новогородский
ВСЕВОЛОД ЯРОСЛАВИЧ Киевский
ВЫШАТА
ГАЛИЦКИЙ Даниил Романович
ГОЛИЦЫН Василий Васильевич
ГОЛИЦЫН Василий Васильевич (Старший)
ГОЛОВИН Федор Алексеевич
ГОРДОН Петр Иванович (Патрик Леопольд)
ДАВЫД ИГОРЕВИЧ
ДМИТРИЙ I ДОНСКОЙ
ДОВМОНТ ПСКОВСКИЙ
ЕРМАК Тимофеевич
ЗАРУЦКИЙ Иван Мартынович
ЗАХАРЬИН-КОШКИН Яков Захарьевич
ИВАН III
ИВАН IV Грозный
ИВАН АНДРЕЕВИЧ Можайский
ИВАН КАЛИТА
ИГОРЬ РЮРИКОВИЧ
КАТЫРЕВ-РОСТОВСКИЙ Иван Михайловчи
КИРДЯПА Василий Дмитриевич
КОЛОМАН (Арпад)
КОСОЙ-ОБОЛЕНСКИЙ Василий Иванович
ЛЫКОВ Борис Михайлович
ЛЬВОВ Семен Иванович
ЛЯПУНОВ Прокопий Петрович
МОНОМАХ Владимир II Всеволодович
МСТИСЛАВ БЕЗОКИЙ
МСТИСЛАВ ВЛАДИМИРОВИЧ Храбрый
МСТИСЛАВ РОСТИСЛАВИЧ Храбрый
МСТИСЛАВ СТАРЫЙ
МСТИСЛАВ УДАТНЫЙ (Удалой)
МСТИСЛАВСКИЕ
НАГОЙ Богдан Михайлович
НАГОЙ Григорий Иванович
ОБОЛЕНСКИЙ-ТЕЛЕПНЕВ Дмитрий Иванович
ОДОЕВСКИЙ Никита Романович
ОЛЕГ ВЕЩИЙ
ПАЛИЦЫН Авраамий
ПАТРИКЕЕВ Иван Юрьевич
ПЛЕЩЕЕВ Дмитрий Михайлович
ПОЖАРСКИЙ Дмитрий Михайлович
ПУТЯТА
РАЗИН Степан
РАТИБОР
СВЕНЕЛЬД
СВЯТОПОЛК ИЗЯСЛАВИЧ
СВЯТОСЛАВ ИГОРЕВИЧ (Киевский)
ШЕМЯКА Дмитрий Юрьевич
ЩЕНЯ Даниил Васильевич
ЮРИЙ ВСЕВОЛОДОВИЧ Владимирский- Суздальский
ЯРОСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧ Владимирский
ЯРУН (Ярон)
Средневековье » РУСЬ » ОЛЕГ ВЕЩИЙ

ОЛЕГ ВЕЩИЙ

(? г. - 922 г.)
ОЛЕГ ВЕЩИЙ
Участие в войнах: Завоевание Киева. Войны с Хазарами. Походы в Византию
Участие в сражениях:

(Oleg of Novgorod) Князь новгородский с 879 и великий князь киевский с 882 года

При Рюрике Олег был ближним его воеводой, поэтому, умирая, князь Новгородский завещал ему беречь своего малолетнего сына.

Умирая, Рюрик не думал уже о Киеве, в мыслях видя сына лишь властителем Новгородчины, ибо был уверен, что после его смерти никто не сможет вместо него наложить на юг руку власти с севера. Равно был он уверен и в том, что когда Игорь войдет в возраст, Олег передаст ему престол — таков обычай: дядья по матери пекутся о племянниках, защищая их от притязаний дядей с другой руки — братьев отца. Но иначе думал сам Олег. Выспрашивая купцов, приезжавших постоянно с юга на север, он осмысливал услышанное и все более и более приходил к одной мысли — объединение Новгорода и Киева возможно. И может оно произойти под его властью.

Три года он сидел так на новгородском престоле, воспитывал племянника, правил по закону и обычаю Землей, слушал и думал. Пока не решил однажды — пора.

Олег решился на борьбу с Киевом, где правили некогда знаменитые князья Аскольд и Дир. Как опытный воин, он знал, что единственный залог успеха — это быстрота. Собрав большое войско из постоянно приезжавших сначала к Рюрику, а потом и к нему — варягов, набрал охотников из новгородских славян, кривичей, чуди и мери и скоро двинулся на юг.

По пути сажает своих наместников у восточных кривичей в Гнездове (Смоленске) и в Любече (у северян) и продолжает свое стремительное движение к югу. Настолько стремительное, что Киев так ничего и не узнал до самого прихода Олега под его стены.

При подходе к городу Олег большей части войска велел отстать и быть готовым, по сигналу, мгновенно двинуться на помощь передовому отряду. Сам же с несколькими ладьями смело приблизился к берегу. Стража спокойно отнеслась к небольшой флотилии (большинство воинов спряталось внутри судов, оставив только несколько человек — стражей ладьи). Олег, богато одетый, сошел с несколькими своими людьми на берег и объявил подошедшим, что он — купец, едущий в Византию по поручению князя Олега, и у него есть для киевских князей ценный и тайный подарок, не предназначенный для чужих глаз. Стражники, ни о чем не подозревая, передали услышанное князьям.

И когда князья вышли к ладьям с малой охраной, то их внезапно окружили выскочившие с кораблей Олеговы люди. И тогда наступило время речей. Олег сказал все, что слышал сам и о чем думал последние три года. И победил — Киев его простил и принял, признал и наградил, поставив над собой. За что получил тут же от Олега звание-прозвище «мать городам русским».

Сам же он стал князем великим всей бескрайней державы — от Балтики до моря Черного, всего Древнерусского государства. Бывшая земля Рюрика отныне лишь была в нем одним из уделов, поэтому и будет править-княжить Олег не до взросления племянника, а до тех пор, пока сам не устанет от бремени власти, бремени основателя и созидателя великого государства.

На следующий год Вещий Олег, выполняя обещание принявшей его Киевской земле, идет походом на древлян, враждовавших с полянами за первенство на юге восточнославянского мира, и покоряет их, присоединив к Киеву. В 883—884 годах он присоединит племена северян и радимичей к своей стремительно расширяющейся державе. Платившие дань хазарам-степнякам, те, в отличие от древлян, почти не окажут никакого сопротивления, отныне став данниками Киевской Руси. Это, естественно, не понравилось Хазарии, бросившей против славянского войска свои конные лавы, которые будут разбиты. В последующие годы наступил черед покориться Киеву и Олегу дулебам, хорватам и тиверцам.

На рубеже веков военное счастье ненадолго изменит ему — продвигавшиеся на запад по Причерноморью кочевники-венгры разобьют его войско, привыкшее к победам. Славяне запрутся в Киеве, который неприятелю, несмотря на усиленную осаду, взять не удастся — все поймут, наконец, меру опасности и необходимость общего противодействия. Да и степняки, положив под стенами города многих и многих, также остынут и охотно пойдут на мир с Русью, понимая — что удалось раз, может и не получиться дважды, иметь же за спиной врага хуже, чем доброго союзника. Мир между племенами просуществует около двух веков, во многом влияя на здешнюю политику.

Олег, как умный правитель, понимал, что слабости и поражения вождя быстрее всего забываются, перечеркнутые его же победами. Необходимость в победоносной кампании была, был и всегдашний противник — Византия. Был и повод — после поражения Олега Империя, в начале века пойдя на территориальные уступки усилившемуся Болгарскому царству, испытывая сильнейшее давление арабов, пережив мятеж знати, что все вместе весомо подрывало ее финансы, решила прекратить платить Киеву дань, которую до поры Олег брал своевременно и жестко.

Был и союзник — болгары. Они обещали пропустить русское войско по своей земле, и в 907 году Олег во главе многих тысяч воинов двинул свое войско по Болгарии к Константинополю. Туда же устремились и многие русские ладьи, также несущие тысячи и тысячи вооруженных славян.

Столица Византии раскинулась по обе стороны залива Золотой Рог, перерезавший город и уходивший далее — за стены. Стены Царьграда со стороны Босфора и с напольной стороны были высоки и по сути дела неприступны, однако со стороны внутренней гавани город надеялся только на массивные цепи, перекрывавшие вход. Олег, не видя возможности преодолеть эти цепи, решил ударить с внутренней стороны залива, для чего предстояло перетащить корабли через перешеек. Он поставил их на колеса, и при распущенных парусах и попутном ветре корабли двинулись к городу.

Необычный маневр так поразил и обескуражил неприятеля, что он запросил мира. Гениальность Олега была и в этом маневре, и в том, что он согласился на мир, чувствуя, что ему трудно будет сохранить войско, если враг опомнится от испуга и решится дать бой.

Мир, скрепленный при личной встрече князя Олега с императором Львом VI, был для Руси выгоден — кроме большой разовой дани сейчас византийцы клятвенно обещали возобновить и ежегодный откуп; русским же купцам отныне было разрешено беспошлинно торговать на византийских рынках и как купцам иных народов получать продовольственное содержание (это же распространялось и на послов руссов), и даже — мыться в константинопольских банях. Перед уходом домой Олег повесил на воротах города свой щит — как знак окончания войны и наступления мира. Но не показывает ли этот жест — символ многомудрого росича, — кого следует отныне грекам видеть своим защитником (щит — защита), и не предвосхитил ли он рыцарское Средневековье, когда щит, вывешенный на дверях дома в городе, захваченном неприятелем, говорил всем, что дом отныне занят и в нем уже есть новый хозяин?

Через четыре года— в 911 году — Империя подтвердит свое намерение, рожденное оторопью, — жить с Русью в мире и заключит с Вещим Олегом первый в истории Восточной Европы письменный мирный договор, конкретно рассказывающий о том, как грекам надлежит себя вести со славянами — в торговле и в политике.

По возвращении из Константинополя Олег почувствовал усталость. Тридцать лет власти не прошли бесследно. Некогда он отодвинул в тень племянника-отрока, который так и не стал новгородским князем. Ныне Олег отдавал уже зрелому мужу великое и могучее государство. Великим князем стал Игорь, сын Рюрика. Решивший прожить последние дни на родной Балтике и ушедший на север, Олег умирает, не дойдя до своего некогда покинутого дома, на Ладоге.

Биография


Anonymous
Комментарий
Тема не указана:
Комментарий № 1 дата : 02.02.2015 / 17:25:51
Здравствуйте!Исправьте, пожалуйста, имя князя... Дир. У вас - Гир )))

Комментарии

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 

Senator_Carthage



Великие битвы О проекте Контакты Все полководцы мира